You are here

О женщинах и не только






- Давайте начнем с начала: что делает женщину женщиной?
- На мой взгляд, прежде всего - покой. Если точнее сказать, состояние несуетности. Даже если женщина домашняя хозяйка и занимает­ся бытом, все равно не нужно погружаться в него.   А дальше, думаю, уже любовь, которую из­лучает женщина. Все это исходит из состоя­ния некоторой приподнятости.
- То есть?
- Приподнятость для меня - значит не суе­титься, не злиться, не завидовать.
- В последнее время наметилась явная тенденция (я имею в виду вообще в мире) к унификации, глобализации - в экономи­ке, например. В моде утвердился (к счастью еще не господствует) унисекс. Раз­личия между мужчиной и женщиной, за­данные природой, людьми стираются. Как женщине сохранить женское начало, оста­ваться женщиной? И нужно ли?
- Не знаю, раз эти процессы происходят, на­верное, так оно и должно быть. Но я от этого страдаю. Я теряю себя, когда становлюсь аг­рессивной, уверенной в себе, самодостаточ­ной. Мне кажется, теряю весь свой смысл.
- У беззащитной есть риск пропасть...
- Но ведь если я буду жить вопреки себе, пе­рестану быть собой, значит, я все равно про­паду. Мне больше свойственно подчиняться.
- Выходит, не правы те, кто утверждает, что мужчину делает женщина...
- В моей жизни всегда как-то так складыва­лось, что меня делали мужчины... Может быть, и я как-то делала мужчин, я этого не замечала. Мне везло: если были отношения, то это был человек, от которого я что-то получала. Муж­чина должен быть умнее, сильнее, опытнее в чем-то, тогда мне интересно. У меня не скла­дывалось других отношений. Если мужчина был слабее, мне становилось скучно, я дела­лась невыносимой. И мужчине было со мной трудно.
     Я творческий человек. Мне надо, чтобы этот человек был авторитетом - в творческом смысле, интеллектуальном. В любых отноше­ниях мне интересно, когда мужчина ведущий, а я ведомая, хотя у всех это бывает по-разно­му. Наверное, должно быть и то, и то, и то в любом человеке.
     Но в настоящей женщине обязательно включаются еще мягкость, текучесть, гиб­кость. И в то же время чувство собственного достоинства. У Пастернака есть замечатель­ные строки: "Быть женщиной - великий шаг. Сводить с ума - геройство". Это не очень легко, иногда приходится страдать, плакать, от чего-то отказываться, уходить - для того, чтобы по­том кого-то сводить с ума.
- А мучиться, страдать, отказываться - это только для женщин?
- Я могу говорить только за себя, даже не за всех женщин. О том, что мужчина что-то дол­жен, я не думаю. Может быть, это влюблен­ность? Доверяешь ему и потом как-то переста­ешь его оценивать. Когда у нас дело доходило до выяснения отношений, как правило, они за­канчивались.
- И тогда одиночество?..
- Я привыкла и умею быть одинокой. Прос­то у меня есть свой мир. И я могу жить одна в этом мире. Я не встречалась с мужчинами, в которых не была влюблена. У меня никогда это не получалось. Если мне мужчина не нра­вится, я даже не буду пробовать строить с ним отношения. Потому что знаю, что не вытерп­лю.
- Для одних женщин важнее любить, для других - быть любимой. А для вас?
- Было по-разному. Пусть меня обвинят в инфантилизме, но сейчас я скажу - быть люби­мой. Когда меня любят, я не могу не отвечать.

Когда любят, понимают, лелеют - это потряса­ющее ощущение! Крылья вырастают... Столько можешь в ответ отдать! Для меня это очень важно - сразу становишься женщиной.
- Выходит, чтобы женщина была женщи­ной, ее любить нужно?
- Думаю, так. Ведь женщина действительно как кошка - приспосабливается к любой ситу­ации. Когда мне совсем плохо и меня никто не любит, я встраиваю себя в мир, который сама себе сочиняю: я такая прекрасная, я сама буду всех любить. Без любви не могу жить, без влюбленности - могу.
- А разница между ними в чем?
- Для меня любовь - это такие отношения, в которых мы вдвоем можем создать нечто большее, чем я одна. Во мне открываются ка­кие-то новые зоны - и в нем они открываются. И это происходит от нашего с ним взаимодей­ствия. Вдвоем мы создаем нечто большее, чем я одна. Если во взаимоотношениях с челове­ком я не получаю этого, то я не буду с этим че­ловеком. Потому что если я одна для мира сделаю больше, то какой тогда смысл мне быть с ним? Для меня это неинтересно.
     А влюбленность суетнее, чем любовь. Это приятно, это здорово и тоже может тебя вести по жизни. Это может быть начало, предвкуше­ние любви. Любовь и проще, и суровее, чем влюбленность. Для любви нужно время, а влюбленность - сиюминутное чувство.
- Поскольку вы актриса, не могу вас не спросить: отношения с людьми у актрисы и любой другой женщины различаются?
- В идеале нет. В идеале лучшая актриса - это вообще не актриса, а просто человек, просто женщина. Если вспомнить Анну Манья­ни, Нону Мордюкову - это женщины из народа, такие же, как и все остальные. Почему, откуда они так играют? Потому что они так живут. Они знают то, что играют, этого же не изобра­зишь. Актриса, которая совсем не похожа на актрису, для меня самая лучшая. В "неидеале" в нас, в артистах, очень много эгоизма, огром­ное количество страхов.
- Страхов?
- Потому что мы беззащитные, мы же зави­сим от мнения окружающих, от того, займут в спектакле или не займут. Страшно, что старе­ешь, что можешь потерять физическую или творческую форму. Страшно, вдруг не полу­чится, вдруг не понравишься. Это ужас. Это болезнь. Мы все немножко больные люди, как мне кажется.
- Профессиональная деформация?
- Есть, есть это все... Потом желание хоро­шо выглядеть, которое очень мешает на самом деле. В идеале его бы не надо.
- Почему?
- Потому что чем меньше ты думаешь о том, как выглядишь со сцены, чем меньше думаешь о себе, тем лучше играешь. Чем больше дума­ешь о людях, для которых играешь, о партне­рах, о детях, о маме, о доме, тем лучше игра­ешь. Зрители же чувствуют, когда ты озабоче­на тем, как выглядишь со сцены.
- Но женщина, которая не думает о том, как она выглядит...
- Но это же другая территория! Мы говорим о привлекательной, ухоженной женщине. Ужасно, если она все время будет думать о том, как она хороша, как ей нечаянно не стереть косметику...
А дальше, естественно, идут душевные каче­ства.
- В женщине вы какие качества считаете самыми ценными?
- Ну вот как описать Наташу Ростову? Это за­гадка. Это необыкновенная душевная чут­кость, с которой все начинается, и отзывчи­вость. Это поэтическая натура - когда человек воспринимает мир как произведение искус­ства, как подарок. Это чувство благодарности

к своей земле просто за то, что ходишь по ней... В каждой женщине, мне кажется, есть Наташа Ростова. Душевная чуткость не меша­ет ей быть прелестной, очаровательной, кокет­ливой и ошибаться, и где-то быть даже непри­ятной, но ей все прощаешь...
     А вообще, наверное, каждая женщина - это отдельный огромный мир. Однажды в каком-то журнале я прочитала советы женщинам о том, как себя вести: например, если идешь выбрасывать мусор, будь готова к любой нео­жиданной встрече или если у тебя одна-единственная шубка, которой ты очень дорожишь, придя в гости, небрежно брось ее на вешал­ку... И в конце самый главный совет: настоя­щая женщина нарушает все эти правила, она ведет себя так, что потом с нее их пишут, вот такой парадокс...
- Короче, никаких советов сегодня давать не будем? Как следить за собой, как сохра­нять молодость?
- Если говорить о масках-кремах, для меня лучшие - из овощей и фруктов. Важнее все-та­ки внутреннее содержание: доброта, отсут­ствие зависти.
- В общем, мы вернулись к началу разго­вора: прежде всего нельзя женщине ни су­етиться, ни злиться, ни завидовать. А потом уже все остальное.


Татьяна НИКИТИНА